Статья 382. Основания и порядок перехода прав кредитора к другому лицу

1. Право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

2. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете.

Предусмотренный договором запрет перехода прав кредитора к другому лицу не препятствует продаже таких прав в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве и законодательством о несостоятельности (банкротстве).

3. Если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

4. Первоначальный кредитор и новый кредитор солидарно обязаны возместить должнику - физическому лицу необходимые расходы, вызванные переходом права, в случае, если уступка, которая повлекла такие расходы, была совершена без согласия должника. Иные правила возмещения расходов могут быть предусмотрены в соответствии с законами о ценных бумагах.

Комментарий к статье 382 ГК РФ

1. Глава посвящена одному из важнейших аспектов жизни обязательства - перемене его субъектов. Русское дореволюционное право не содержало общего урегулирования уступки права и перевода долга (за исключением некоторых частных случаев), что порождало доктринальные споры о возможности осуществления таких действий. Большинство цивилистов, а также существовавшая практика склонялись к допустимости уступки требования и перевода долга, исходя из отсутствия прямого запрещения таких действий.

Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. содержал пять статей, регулировавших уступку требований и перевод долга. В несколько расширенном виде эти положения были перенесены в ГК РСФСР. В условиях планового хозяйства не было заинтересованности в возможности широкого использования замены лиц в обязательстве. Связанность большинства участников хозяйственного оборота планом, сложная процедура его изменения сводили изменения в субъектном составе обязательств к минимуму. Переход к рыночным отношениям, напротив, побуждает участников таких отношений к большей гибкости при исполнении обязательства, что приводит к увеличению мобильности перехода требований от одного лица к другому.

Новеллы, включенные в гл. 24 ГК, вобрали в себя решения и формулировки, выработанные практикой в процессе ликвидации пробелов законодательства, а также отразили потребности нынешней экономической ситуации.

Абзац 1 п. 1 комментируемой статьи предусматривает основные правила и требования к передаче кредитором своих прав другому лицу. В статье установлены два основания перехода прав кредитора: сделка и закон. При уступке требования по сделке первоначальный кредитор заключает договор с лицом, которому он уступает свое требование и которое становится новым кредитором в уже существующем обязательстве. Это право кредитора ограничено определенными условиями, поименованными в абз. 2 п. 1 данной статьи, а также в ст. ст. 383, 388 ГК. Условия перехода прав кредитора к другому лицу на основании закона указаны в ст. 387 ГК.

Наряду с термином "уступка требования" в законодательстве и доктрине используется термин "цессия" (от лат. "cessio"), заимствованный из римского права (например, в ст. 146 ГК "Передача прав по ценной бумаге"). В этом случае первоначальный кредитор именуется цедентом, а новый - цессионарием.

Ныне в связи с развитием рынка ценных бумаг особое значение приобретает уступка требований по ценной бумаге. В комментариях к ГК РСФСР, изданных в 1970 г. и 1982 г., отражены различные оценки юридической природы такого вида уступки требований. В первом из них передача требований путем индоссамента на ордерной ценной бумаге вообще не рассматривается как уступка требований (см. Комментарий к ГК РСФСР, к ст. 216, с. 324). Второй комментарий квалифицирует передачу прав по векселю и чеку на основе передаточных надписей как особую разновидность уступки требования (см. Комментарий к ГК РСФСР, к ст. 211, с. 259).

Вопрос соотношения цессии и передачи требований путем индоссамента - сложный и важный с практической точки зрения, так как различная квалификация приводит к неодинаковым правовым последствиям. Их основное различие заключается в том, что индоссант в отличие от цедента "несет ответственность не только за существование права, но и за его осуществление" (п. 3 ст. 146 ГК), т.е. отвечает за исполнение должником своего обязательства. На наш взгляд, это обстоятельство вносит особый элемент во взаимоотношения индоссанта, индоссата и должника, который позволяет отграничить передачу прав путем индоссамента от гражданско-правовой цессии. Таким образом, передача прав по ордерной ценной бумаге не тождественна уступке требования (см. коммент. к п. 3 ст. 389). Что касается именных ценных бумаг, то их передача определена законодательством как цессия (п. 2 ст. 146 ГК) и полностью подпадает под регулирование гл. 24.

В отношении передачи прав по ценной бумаге на предъявителя необходимо отметить, что, хотя закон не дает правовой квалификации такой передачи (п. 1 ст. 146 ГК), представляется, что к ней применимы положения гл. 24 ГК.

Более подробно вопросы уступки требований по ценным бумагам должны быть урегулированы специальным законодательством. В этом случае положения ГК о ценных бумагах, включая цессию, будут применяться лишь в случаях, не урегулированных специальным законодательством. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с п. 2 ст. 3 ГК нормы гражданского права, содержащиеся в других законах (в данном случае - о ценных бумагах), должны соответствовать ГК.

Примером уступки требования по закону могут служить положения транспортных уставов и кодексов о передаче права предъявления претензии, а также иска перевозчику грузоотправителем и грузополучателем друг другу или иным лицам, указанным в законе, или путем оформления договора поручения или доверенности. Такая передача, например, оформляется переуступочной надписью на транспортном документе (ст. 404 КТМ).

При регрессных требованиях уступка требования не допускается. Это означает, что кредитор по регрессному обязательству (возникающему, например, при множественности должников в обязательстве и исполнении одним из них этого обязательства - п. 2 ст. 325 ГК - или при исполнении обязательства третьим лицом - п. 1 ст. 313 ГК) не вправе передавать свои права другому лицу.

В последнее время достаточно активно обсуждается вопрос о возможности передачи прав, вытекающих из арбитражного соглашения, одновременно с передачей иных прав по договору или без таковой. Эта проблема одинаково важна и для теоретиков, и для практиков. В комментарии к ГК <1> при анализе ст. 384 подчеркнуто, что этот вопрос остается не до конца выясненным. С.Н. Лебедев, анализируя решение от 09.07.1984 ВТАК по спору В/О "Союзнефтеэкспорт" и бермудской фирмы "Джок Ойл", в частности вопрос о состоявшейся или несостоявшейся уступке объединением "Союзнефтеэкспорт" своих прав требования по контракту, приводит следующую цитату из решения: ".арбитражное соглашение вообще не может быть предметом цессии. Будучи автономным процессуальным договором, он требует самостоятельного согласия цессионария на подчинение той юрисдикции, которая была избрана сторонами в договоре." <2>. Утверждение, высказанное в арбитражном решении, оценивается С.Н. Лебедевым как неоднозначное. Такой подход, по его мнению, давал бы возможность кредитору отступать от условий арбитражного соглашения при передаче прав требований по договору третьему лицу и передаче споров в государственные суды, исключение чего и является основной целью заключения арбитражного соглашения.

--------------------------------

КП: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2005 (издание третье, исправленное, дополненное и переработанное).

<1> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. О.Н. Садикова. М., 1995. С. 379.
<2> См.: Лебедев С.Н. Международный коммерческий арбитраж: компетенция арбитров и соглашение сторон. М., 1998. С. 77.

Такая аргументация представляется, с одной стороны, вполне обоснованной, однако, с другой стороны, эта позиция входит в определенное противоречие с признанной практикой, доктриной и законодательством концепцией автономности арбитражного соглашения. Эта концепция неминуемо приводит к выводу о том, что арбитражное соглашение, будучи автономным условием договора, не следует судьбе договора, в который оно включено.

Проблема цессии арбитражного соглашения рассматривалась в недавнем деле в ВАС РФ (Постановление от 17.06.1997 N 1533/97 <1>). Бельгийская фирма заключила с российской фирмой договор уступки права иска, требования и долга, по которому первая передала второй право требования с волгоградского общества возврата ссуды, предоставленной ему бельгийской фирмой. Во исполнение условий договора цессии цессионарий предъявил иск к волгоградскому обществу в Арбитражный суд Волгоградской области. Иск был оставлен без рассмотрения в силу п. 2 ст. 87 АПК. В апелляционной инстанции решение оставлено без изменения. Рассматривая протест, Президиум ВАС РФ при оценке вопроса цессии права иска, требования и долга установил, что предъявление иска в защиту нарушенных прав представляет собой одну из составных частей содержания права требования, перешедшего к новому кредитору, и что к новому кредитору переходит условие об избрании определенного арбитража для разрешения возможных споров между участниками договора. Поскольку в договор между бельгийской фирмой и волгоградским обществом о предоставлении последнему ссуды было включено арбитражное соглашение о рассмотрении возможных споров в Арбитражном институте при Торговой палате г. Стокгольма в соответствии с регламентом этого Института, то, по мнению арбитража, новый кредитор также связан условиями этого арбитражного соглашения и не может передавать спор на рассмотрение государственных судов.

--------------------------------
<1> ВВАС РФ. 1997. N 9.

Приведенное решение свидетельствует об изменении российской правоприменительной практики в отношении возможности цессии арбитражного соглашения, хотя с теоретической точки зрения многие вопросы остаются нерешенными. Если исходить из того, что одним из основных требований, предъявляемых к арбитражному соглашению, является согласие сторон на передачу возникшего или могущего возникнуть между ними спора (ст. 7 Закона о международном коммерческом арбитраже), то при цессии это требование не выполняется.

2. Пункт 2 комментируемой статьи - одна из новелл, четко формулирующая положение о том, что при уступке требования не требуется согласия должника. И практика, и доктрина <1> уже давно вывели эту формулу путем толкования статей, регулировавших уступку требований в ГК РСФСР.

--------------------------------
<1> См.: Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 79; Советское гражданское право / Под ред. В.П. Грибанова и С.М. Корнеева. М., 1979. С. 451.

Закон также устанавливает, что стороны в своем соглашении могут сделать согласие должника необходимым условием цессии (п. 2 комментируемой статьи).

3. Часть 3 комментируемой статьи почти дословно повторяет ст. 213 ГК РСФСР. В старой формулировке не уточнялось, кто должен уведомить должника о состоявшейся уступке - цедент или цессионарий. Часть 3 комментируемой статьи тоже не содержит прямого ответа на этот вопрос, но включенная в нее новелла о том, что новый кредитор несет риск неблагоприятных последствий в случае неуведомления должника, дает основание считать, что именно он, являясь заинтересованным лицом, должен уведомить должника. Ясность в этом вопросе важна как для сторон цессии, так и для должника. Если цедент будет полагать, что уведомить должника должен цессионарий, а последний будет считать, что это - обязанность цедента, может случиться, что должник так и не узнает о цессии и исполнит свои обязательства первоначальному кредитору. Это потребует дополнительных действий от участников цессии по возможному возмещению возникших в связи с этим расходов. Поэтому наиболее целесообразным было бы четкое урегулирование таких отношений в самом договоре об уступке требования.

Исполнение обязательства должником первоначальному кредитору до получения уведомления считается надлежащим исполнением и прекращает обязательство.

В двусторонних договорах, где каждая сторона является одновременно кредитором по одному обязательству и должником по другому, уступка требования неминуемо связана с одновременным переводом долга (ст. 391 ГК).

Другой комментарий к статье 382 Гражданского Кодекса РФ

1. Тема уступки прав требования и перевода долга как способов перемены лиц в обязательстве пришла на смену принципу неизменности личного состава обязательства, известному Древнему Риму, и приобрела известность практически во всех странах как романо-германской, так и англосаксонской системы. Ни один из известных российских цивилистов не обошел вниманием вопросы перемены лиц. Достаточно вспомнить работы Ю.С. Гамбарова <1>, К.П. Победоносцева <2>, Д.И. Мейера <3>, Е.В. Васьковского <4>, В.Л. Исаченко, В.В. Исаченко <5>, П.П. Цитовича <6> и многих других. В советский период к названным проблемам обращались М.М. Агарков <7>, О.С. Иоффе <8>, О.А. Красавчиков <9>, Б.Б. Черепахин <10>. Из современных авторов хотелось бы упомянуть работы М.И. Брагинского и В.В. Витрянского <11>, Л.А. Новоселовой <12>.

--------------------------------
<1> Гамбаров Ю.С. Курс гражданского права. СПб., 1911. Т. 1: Часть общая.
<2> Победоносцев К.П. Курс гражданского права. СПб., 1890. Третья часть: Договоры и обязательства.
<3> Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. (по 8-му изд., испр. и доп., 1902). М., 1997. Ч. 2.
<4> Васьковский Е.В. Учебник гражданского права (вып. 1 по изд. 1894 г., вып. 2 по изд. 1896 г.). М., 2003.
<5> Исаченко В.Л., Исаченко В.В. Обязательство по договорам. Опыт практического комментария русских гражданских законов. СПб., 1914. Т. 1: Общая часть.
<6> Цитович П.П. Обязательства по русскому гражданскому праву: Конспект лекций. Киев, 1894.
<7> Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву. М.: Юриздат НКЮ СССР, 1940.
<8> Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Юрид. лит., 1975.
<9> Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Юрид. лит., 1958.
<10> Черепахин Б.Б. Правопреемство по советскому гражданскому праву / Труды по гражданскому праву. М.: Статут, 2001.

КП: примечание.

Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - Статут, 2001 (3-е издание, стереотипное).

<11> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. М., 2002. Книга первая: Общие положения.
<12> Новоселова Л.А. Сделка уступки права (требования) в коммерческой практике. Факторинг. М.: Статут, 2003; Она же. Ограничения перехода прав кредитора к другим лицам // СПС "КП".

Перемена лиц в обязательстве может рассматриваться в разных значениях - и в качестве сделок, и в качестве вида изменения обязательства, и как способ движения имущественных прав и обязанностей. Перемена лиц может быть результатом и универсального, и частичного правопреемства. Универсальное правопреемство имеет место в случаях, указанных в законе (например, при наследовании, реорганизации), частичное правопреемство - в отношении конкретного обязательства на основании договора.

История развития российского законодательства об уступке права требования и переводе долга восходит к дореволюционным временам. Как писал И.А. Покровский, "обязательство вступило на путь циркуляции и само сделалось объектом оборота" <1>.

--------------------------------
<1> Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М.: Статут, 1998. С. 240 - 241.

Статьи 124 - 128 ГК РСФСР 1922 г. предусматривали возможность уступки права и перевода долга. ГК РСФСР 1964 г. содержал отдельную гл. 18 об уступке требования и переводе долга, не разделенную на параграфы и ограниченную по числу норм. Так, например, в нем отсутствовали нормы о форме уступки права требования по сделкам, требующим нотариального удостоверения или государственной регистрации.

Нормы о перемене лиц в обязательстве содержатся не только в гл. 24 ГК РФ. Положения о переходе прав кредитора на основании договора финансирования под уступку денежного требования содержатся в гл. 43 ГК РФ. Нормы об универсальном правопреемстве - в ст. ст. 58 - 60 ГК РФ, претерпевших существенные изменения за последние годы в части защиты прав кредиторов <1>, части третьей ГК РФ о наследовании и др.

--------------------------------
<1> Федеральный закон от 30 декабря 2008 г. N 315-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О банках и банковской деятельности" и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации" // Собрание законодательства РФ. 2009. N 1. Ст. 23.

2. Уступка права (требования) возможна как на основании сделки, так и в силу закона. Сторонами сделки уступки права (требования) являются цедент (первоначальный кредитор) и цессионарий (новый кредитор). В том случае, если у цедента право требования возникло из договора, который может быть заключен лишь при наличии лицензии или иных специальных требований, это не является препятствием для уступки права цессионарию, который не отвечает указанным требованиям. Так, уступка банком прав кредитора по кредитному договору юридическому лицу, не являющемуся кредитной организацией, уступка страховщиком по договору имущественного страхования права (требования), полученного в порядке суброгации (ст. 965 ГК РФ), лицу, не имеющему лицензии на осуществление страховой деятельности, не противоречат законодательству. Как отмечается Высшим Арбитражным Судом РФ, уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в ст. 5 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. N 395-1 "О банках и банковской деятельности". Из названной нормы следует обязательность наличия лицензии только для осуществления деятельности по выдаче кредитов за счет привлеченных средств. По смыслу данного Закона с выдачей кредита лицензируемая деятельность банка считается реализованной. Ни Закон, ни ст. 819 ГК РФ не содержат предписания о возможности реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией <1>.

--------------------------------
<1> Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" (пункты 2, 3).

Сделки, связанные с уступкой требований, переводом долга, с участием государственных и муниципальных предприятий, требуют согласия собственника имущества предприятия в соответствии с п. п. 2, 4 ст. 18 Закона об унитарных предприятиях.

3. Уступаемое право требования должно быть действительным, т.е. возникнуть из действительного и существующего обязательства. В том случае, если право (требования) в силу недействительности или прекращения договора отсутствует, такое право не переходит к цессионарию.

Передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования). При этом под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее (например, прекращенное надлежащим исполнением) право (см. комментарий к ст. 390).

4. В п. 1 говорится о праве требования, принадлежащем кредитору на основании обязательства. Это не означает, что замена кредитора возможна только по обязательству, существующему на момент заключения соглашения об уступке права (требования), и только в отношении прав (требований), возникших к моменту заключения этого соглашения. Как разъяснено в п. 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", соглашение об уступке права (требования), предметом которого является не возникшее на момент заключения данного соглашения право, не противоречит законодательству.

Право требования может быть уступлено и по длящимся обязательствам. В том случае, если цедент одновременно является должником по данному обязательству, уступка права требования не влечет замены стороны в договоре. Перевод долга допустим лишь с согласия кредитора (см. комментарий к ст. 391 ГК).

5. По общему правилу в соответствии со ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Право требования может быть предметом уступки в части при условии, что предмет исполнения по обязательству делим. Денежное требование является делимым, в связи с чем может быть уступлено частично, предметом уступки могут быть требования по выплате основного долга, неустойки, возмещению убытков и т.п. Однако уступка права на неустойку возможна лишь в том случае, когда подлежащая взысканию сумма неустойки окончательно определена. Если размер неустойки, убытков не может быть определен на момент совершения уступки (например, в силу ст. 333 ГК РФ только суд вправе установить основания привлечения лица к ответственности, оценить соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства), то соглашение об уступке права (требования) в отношении неустойки, возмещения убытков без уступки требования по основному долгу является ничтожным <1>.

--------------------------------
<1> См.: п. 16 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. N 120.

Высший Арбитражный Суд РФ признает правомерным уступку части права не только по денежным требованиям, но и по иным, например прав арендатора с согласия арендодателя на часть арендованных помещений, предусмотренных в договоре аренды <1>.

--------------------------------
<1> Там же (п. 5).

6. В соответствии с абз. 2 п. 1 комментируемой статьи правила о переходе прав кредитора к другому лицу не применяются к регрессным требованиям. Регресс (от лат. regressus - обратное движение) - обратное требование, представляющее собой требование лица, исполнившего обязательства перед потерпевшим, к лицу, виновному в имущественных потерях потерпевшего. Переход в порядке регресса и уступка права (требования) имеют существенные различия. В результате совершения сделки об уступке требования происходит перемена кредитора в обязательстве, само обязательство не прекращается, изменяется его субъектный состав. При регрессе возникает новое обязательство и не происходит перемены лиц в обязательстве. Согласно ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. Поэтому положения гл. 24 Кодекса о переходе прав кредитора к другому лицу, регулирующие отношения в рамках одного обязательства, к регрессным требованиям не применяются.

В то же время ни п. 1 комментируемой статьи, ни иной закон или иные правовые акты не содержат запрета на уступку кредитором другому лицу прав по обязательству, первоначально возникшему в порядке регресса <1>. От регрессного требования необходимо отличать суброгацию, права требования страховщика по которой также могут быть предметом уступки (п. 3 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. N 120).

--------------------------------
<1> См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 17 августа 2004 г. N 5106/04 по делу N А40-29334/03-51-252 // Вестник ВАС РФ. 2004. N 12.

7. Уступка права требования возможна на основании как закона, так и сделки. Договор об уступке права (требования) подчиняется общим правилам о гражданско-правовых договорах. Существенным условием является условие о предмете. В договоре должен быть конкретизирован вид требования, право на которое уступается, обязательство, право (требование) по которому возникло. В то же время практика Высшего Арбитражного Суда РФ не признает соглашение об уступке права (требования) незаключенным, несмотря на отсутствие в нем указания на обязательство, в состав которого входило уступаемое право (требование), если это не повлекло отсутствие согласования сторонами предмета указанного соглашения. Однако отсутствие в соглашении об уступке части права (требования), возникшего из длящегося обязательства, указания на основание возникновения уступаемого права (требования), а также на конкретный период, за который оно уступается, может свидетельствовать о незаключенности этого договора <1>.

--------------------------------
<1> Пункты 12, 13 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. N 120.

8. Уступка требования допускается как на возмездной, так и безвозмездной основе. Безвозмездный договор может быть квалифицирован как договор дарения, учитывая, что в его предмет могут входить не только вещь, но и имущественное право требования к третьим лицам (п. 1 ст. 572 ГК). В то же время соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть определено как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования). Отсутствие в сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ее ничтожной как сделки дарения между коммерческими организациями (п. 4 ст. 575 ГК) <1>. В этом случае могут быть применены нормы п. 3 ст. 424 ГК РФ.

--------------------------------
<1> Там же (п. 9).

9. В п. 2 комментируемой статьи содержится отсылочная норма к тем случаям, при которых необходимо согласие должника для перехода к другому лицу прав кредитора. К ним относится, в частности, п. 2 ст. 388 ГК РФ, в соответствии с которым не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Так, например, по договору о совместной деятельности личность его участника имеет существенное значение, и уступка права (требования) возможна, только если это предусмотрено договором.

Личность кредитора не имеет значения для денежных обязательств, если иное не установлено договором. Так, Высший Арбитражный Суд РФ признал не связанными с личностью кредитора требования о возмещении убытков, причиненных в результате нарушения договора поставки. Обязательство по возмещению убытков является денежным обязательством, возникшим в связи с нарушением должником по этому обязательству прав потерпевшего и обладающим самостоятельной имущественной ценностью. Не запрещена и уступка права поручителя, исполнившего обязательство в соответствии со ст. 365 ГК РФ <1>.

--------------------------------
<1> Пункты 16, 18 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. N 120.

Другими федеральными законами также могут быть предусмотрены ограничения по уступке права (требования). Согласно ст. 121 КТМ при перевозке груза по чартеру фрахтователь вправе лишь с согласия перевозчика уступать свои права по договору морской перевозки груза третьим лицам. В соответствии с п. 2 ст. 5 Федерального закона от 21 июля 2005 г. N 115-ФЗ "О концессионных соглашениях" <1> перемена лиц по концессионному соглашению путем уступки требования или перевода долга допускается с согласия концедента с момента ввода в эксплуатацию объекта концессионного соглашения. Концессионер не вправе передавать в залог свои права по концессионному соглашению.

--------------------------------
<1> Собрание законодательства РФ. 2005. N 30 (ч. 2). Ст. 3126.

10. Пункт 3 комментируемой статьи предусматривает письменное уведомление должника о переходе прав к новому кредитору. Не имеет принципиального значения, кто уведомит должника об уступке права. Это может быть оговорено в тексте договора об уступке требования. Поскольку в таком уведомлении заинтересован прежде всего новый кредитор, то при отсутствии указания в договоре новый кредитор должен позаботиться о том, чтобы исполнение было произведено ему.

До момента уведомления исполнение обязательства первоначальному кредитору признается надлежащим исполнением первоначальному кредитору. При этом суд должен установить факт, когда имело место уведомление <1>. Если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор вправе истребовать исполненное должником от прежнего кредитора как неосновательно полученное <2>.

--------------------------------
<1> Постановление Президиума ВАС РФ от 16 мая 2006 г. N 15550/05 по делу N А32-3604/2005-50/60.
<2> См.: п. 10 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11 января 2000 г. N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении".

Комментарии и консультации юристов по ст 382 ГК РФ

Если у вас возникли вопросы по статье 382 ГК РФ, вы можете получить консультацию юристов нашего сервиса.

Задать вопрос можно через форму связи или по телефону. Первичные консультации бесплатны и проводятся с 9:00 до 21:00 ежедневно по Московскому времени. Вопросы, полученные с 21:00 до 9:00, будут обработаны на следующий день.